Автор: Александр Гончаров
К 170-летию со дня рождения Николая Кульчицкого(1856-1925)
Революция 1917 года и Гражданская война, последовавшая за ней, не только лишили Россию миллионов ее граждан, но и провели зачистку интеллектуального пространства.
Дорвавшиеся до власти большевики – недоучки, «образованцы» (по терминологии А. И. Солженицына), бессистемно нахватавшиеся верхов от наук, марксисты-догматики и грубые теоретики-материалисты, не знавшие ни подлинной народной жизни, ни законов функционирования государства, органически не могли терпеть рядом с собой настоящих специалистов, талантливых ученых и оригинальных мыслителей.
А вдобавок попутно вскрылся еще один порок профессиональных революционеров – их сугубая, почти мистическая, вера в силу приказов, которые буквально с радостью на лице должен исполнять любой человек из народа, ведь новая власть объявила себя «народной».
Но вышло так, что глупые распоряжения без подкрепления винтовкой и пулеметом не действуют, крестьяне не собираются отдавать хлеб «за просто живешь», рабочим требуются деньги на прокорм семей, а паровоз сам по себе ничего не доставляет в Москву или Петроград.
Вот ответом на все это и стал большевистский террор, объясняемый борьбой с саботажем и вредительствомконтрреволюционеров.
Для того чтобы понять происходившее тогда на территории загубленной Российской Империи не надо слишком многоготребовать от воображения, достаточно обратить взор на современную Украину, где товарищ Зеленский косплеит вождей В. И. Ленина и И. В. Сталина в одном флаконе, а «Слуга народа» – авангард мирового КВН-пролетариата…
Именно из-за террора в 1918 году выдающийся российский ученый Николай Константинович Кульчицкий вместе с женой и младшей дочерью навсегда покинул славный русский город Харьков, чтобы за 22 дня пешком добраться до Севастополя. Он правильно понял, что «красные», начавшие задерживать заложников, а затем ирасправляться с ними, вряд ли бы обошли вниманием его самого – известного монархиста, бывшего сенатора, тайного советника и последнего министра народного просвещения Российской Империи.
В том, что Кульчицкий не ошибался свидетельствует и страшная смерть его соратника по «Русскому Собранию», историка-медиевиста Андрея Сергеевича Вязигина, схваченного в Харькове и зарубленного в орловском концлагере 24 сентября 1919 года.
Избежать расправы Николаю Константиновичу точно бы не удалось. С точки зрения советской власти биография слишком уж подкачала.
Он родился 29 (н. ст.) 1856 г. в Кронштадте (цитадели русского флота) в семье имперского офицера, принадлежащего к старому шляхетскому роду, давшего России немало воинов и даже одного православногосвятого – святителя Иннокентия Иркутского(Иоанна Кульчицкого) – военного пастыря, монаха, архиерея, просветителя и миссионера.
Кроме того, Николай стал ученым-медиком мирового уровня, сделав себя сам, без помощи кого бы то ни было, блестяще окончив гимназию в Тамбове и медицинский факультет Харьковского Императорского университета, разработав передовые методы исследований в сфере гистологии, отдав преподаванию в вузе 30 лет и подготовив талантливых учеников. Энтерохромаффинные клетки, изученные и описанные им, и сейчас носят название «клеток Кульчицкого».
Невозможно заниматься серьезноэндокринологией, гистологией, неврологией,хирургией и т. д. в мире XXI столетия от Р. Х., не обращая внимания на эти небольшие клеточки ЖКТ, вырабатывающие и накапливающие серотонин – один из главных нейромедиаторов в организме, который сейчас вызывает интерес и в исследовании процесса старения нomo sapiens.
Николай Кульчицкий своими трудами заглянул в будущее, но настоящее его удручало. Город Харьков оказался поражен левацкими настроениями, особенно затронувшими молодые поколения. И он откровенно стал на сторону защитников Самодержавия, Православия и русского народа.
Врачебная профессия совершенно не мешала ему верить во Господа Иисуса Христа и жертвовать на храмы Божии.
В 1903 году ординарный профессор Кульчицкий вошел в состав Совета Харьковского Отдела «Русского Собрания», возглавляемого Вязигиным. В 1906 году Николай Константинович поддержал и «Союз Русского Народа», так как видел, что «черносотенцы» стали силой, делом и словом противостоящей разгулу революционного мракобесия.
В 1910 году Кульчицкий добровольно освобождает место заведующего кафедрой и уходит в общественную сферу деятельности. Его привлекает образование.
В 1912-1914 гг. профессор назначается сперва попечителем Казанского учебного округа, а затем и Петроградского. Однако, он не сошелся во взглядах на реформы в образовании с либеральным министром просвещения Павлом Игнатьевым, за что и был уволен с должности, но стал сенатором.
Государь Николай Александрович доверял Кульчицкому и назначил его в декабре 1916 г. министром народного просвещения, как раз на замену, отправленному в отставку Игнатьеву. Но время служения в правительстве Российской Империи составило всего 67 дней. Февральский переворот сломал все в государстве.
Николай Кульчицкий был арестован и заключен в Петропавловскую крепость, где и провел 9 дней. Его отпустили по личному распоряжению министра юстиции А. Ф.Керенского, так как Временному правительству пришлось отвечать на запросы из-за рубежа: «Почему светило мирового естествознания находится в тюрьме?»
Не желая новых злоключений, Николай Константинович уехал в Харьков, где чтобы выжить в голодающем городе, занялся мыловарением.
Победоносней всех в революции и гражданской войны является не рабочий класс, а… вошь. Остановка предприятий, поставлявших мыло и иную продукцию элементарной гигиены, привела к распространению грязи, насекомых-паразитов и сыпного тифа.
Уже из Крыма Николай Кульчицкий эвакуировался вместе с армией Врангеля в ноябре 1920 года на транспортном судне «Кронштадт».
В Бизерте (Тунис) русскому ученому пришлось нелегко и спасением стало приглашение на работу в Лондонский университет всего лишь в качестве ассистента лаборатории на анатомическом факультете. Но он здесь вернулся к своей научной деятельности, поражая английских коллег своим неординарным мышлением и упорством в труде.
Жизнь Кульчицкого оборвалась трагически и нелепо. 29 января он упал в шахту лифта на анатомическом факультете, так как из-за халатности рабочих, производящих профилактические мероприятия, дверь не была заперта. Не приходя в сознание, Николай Константинович скончался 30 января 1925 года в больнице Университетского колледжа в Лондоне.
В СССР имя русского ученого-монархистабыло предано забвению по идеологическим причинам, и кроме названий – «клеткиКульчицкого», «жидкость Кульчицкого» и «методы Кульчицкого» студенты советских медицинских институтов о нем ничего болееи не ведали.
Так и разбазаривается и человеческий, и исторический, и научный капитал в угоду утопии «Капитала» Маркса.
