Автор: Виталий Даренский
Рец. на кн.: Тепляков А.Г. Красные партизаны на востоке России. 1918-1922: девиации, анархия и террор – М.: Новое литературное обозрение, 2023.
В советский период существовала пропагандистская литература о якобы «преступлениях белогвардейцев» против «трудового народа». К сожалению, лживые мифы о так называемом «белом терроре», не имеющие отношения к реальности, бытуют до сих пор. На самом же деле, большевистский агитпроп обычно приписывал белым собственные преступления красных.
В этой связи выпущенная в 2023 году московским издательством «Новое литературное обозрение» книга известного новосибирского историка, Алексея Георгиевича Теплякова, «Красные партизаны на востоке России. 1918-1922: девиации, анархия и террор», имеет исключительное значение. Как отмечает в предисловии автор, «данная книга призвана помочь отбросить ряд цепких историографических мифов о партизанском движении, показать истинный облик многих из тех, кого до сих пор считают “борцами за счастье народное”». С этими задачами автор справился блестяще. Книга является академическим исследованием, насыщенным документальным фактическим материалом. Поставленное на обложке ограничение по возрасту «18+» отнюдь не случайно, так как обилие натуралистических описаний насилия, приведённых в этой книге, способно повергнуть в шок даже искушённых читателей.
Складывается впечатление, что красные «партизаны», а на самом деле – бандиты, с самого начала задались целью воспроизвести самые древние, мучительные и архаичные способы пыток, казней и издевательств. Вот только некоторые из них, о которых подробно рассказано в книге:
— обезглавливание;
— сжигание заживо;
— распиливание двуручными пилами;
— насаживание на колья;
— утопление;
— выкалывание глаз, отрубание конечностей;
— замораживание;
— закалывание вилами;
— забивание до смерти дубинками и плетьми.
Патроны у них стоили гораздо дороже человеческой жизни, поэтому как способ умерщвления расстрел практиковался крайне редко. Среди партизан процветали повальное пьянство и садизм. Чудовищной нормой для них были массовые изнасилования, в том числе несовершеннолетних. Зачастую расправы над «классовыми врагами» носили подчёркнуто демонстративный, театрализовано-ритуальный характер. Автор пишет: «Убийства детей, женщин, священников, применяемые к ним гнуснейшие пытки, выглядели как логичное опровержение ещё недавно прочных моральных запретов».
Массовые казни людей красными бандитами часто совершались публично.Особенно истово уничтожали священников и интеллигенцию. При этом жестокость по отношению к духовенству проявлялась садистская. Так, в Каменском уезде священнику села Корнилово отрезали губы и нос, оскопили и лишь потом убили; жену псаломщика изнасиловали всем отрядом, а затем изрубили на куски. Часто православных батюшек топили. Так, в начале 1919 г. на Рождество в селе Лермонтовка (ныне – Бикинского района Хабаровского края) убили священника Л. Сребренникова. Выведя его на реку к проруби, палачи со словами: «Ну, водолаз, ты крестил, и мы тебя будем крестить» – нанесли несколько ударов кинжалом и сбросили мученика в студёную воду.
Также священников сжигали заживо. Обычным примером служит трагедия, произошедшая в Старом Тогуле. Здесь сожгли заживо не только священников, но и комендантскую команду белых вместе с полевым судом, а также некоторых купцов, всего не менее 50 человек. Расправа происходила публично, при большом скоплении народа – с целью его запугивания.Этот метод террора у большевиков был очень распространенным.
Взаимоотношения внутри самих «красных отрядов» напоминали схватку пауков в банке. Среди «народных мстителей» процветали террор, шпиономания и взаимная подозрительность. Частыми были вооружённые стычки за власть и влияние, в том числе, путём прямого уничтожения конкурентов. Столкновения, часто вооружённые, постоянно возникали как между рядовыми партизанами и их командирами, так и новичками и ветеранами. Многие были не согласны с той ролью, которая была отведена им в отряде, и стремились возвыситься. При этом доходило до подготовки заговоров и мятежей. В результате руководители некоторых отрядов погибали, а их подчинённые переходили на сторону победителя.
Примечательно, что подавляющее большинство приведённых в работе А.Г. Теплякова свидетельств о жестокости и криминале красных партизан взяты из их же собственных мемуаров. В первое десятилетие после завершения Гражданской войны сибирские «борцы за народное счастье» не считали нужным скрывать свои зверства, оправдывая их логикой «классовой борьбы» и мифическим «белым террором».
Белые, действительно, карали тех красных бандитов и палачей, которые попадали им в руки – но это был не более чем жёсткий, но запоздалый ответ на действия красных бандитов. Их карали по законам военного времени – как предателей Родины, убийц и мародеров. Советские же легенды о белых репрессиях – это продукт большевистского агитпропа 1920-30-х годов, не подтвержденного никакими документами и многократно завышавшего масштабы число жертв. То есть, проще говоря, сознательная наглая ложь.
Как пишет в предисловии автор книги, расправы над красными «партизанами»всегда «сочетались в то же время с откровенно либеральным отношением к красным со стороны многих представителей как гражданских властей, так и силовых структур». Так, большинство низовых советских работников Сибири после прихода к власти белых либо избежали репрессий, либо отделались штрафами, порками или недолгим заключением. Уцелела и значительная часть ведущих большевистских функционеров, в том числе, носителей идей революционного экстремизма. Рядовых пленных белые зачастую освобождали в массовом порядке после нескольких недель или месяцев заключения. Автор подвергает обоснованной критике тех историков, пишут о так наз. «белом терроре» с прежних, тенденциозных позиций, и продолжают пересказывать мифы советской пропагандистской литературы, придавая им видимость доказанных фактов.
Столь же далёкими от реальности являются утверждения о военных «успехах»красных партизан. В действительности же «народные мстители» наиболее проявили себя лишь после развала белых фронтов под ударами Красной армии, беря под контроль целые населённые пункты. В захваченных городах и селениях красные «партизаны» учиняли настоящую бойню.
При этом некоторые эпизоды насилия были выдающимися даже по меркам того страшного времени. Так, отдельные главы в рассматриваемой монографии посвящены массовым социальным чисткам, которые проводили в Кузбассе партизаны из отряда Григория Рогова, а также резне в Сахалинской области, устроенной партизанами из отряда Якова Тряпицына. Последний не только спалил дотла большой дальневосточный город Николаевск-на-Амуре, но и вырезал огромную часть жителей областного центра и всей области.
Частичный отказ государства от военно-коммунистических методов управления, проведение амнистий, и переход к новой экономической политике бывшие партизаны восприняли весьма негативно, продолжая сводить классовые и личные счёты с теми, кого относили к числу своих непримиримых врагов. Как следствие, уже в 1920-е гг. Восток России захлестнула волна тяжких преступлений, официально именовавшихся тогда проявлениями красного бандитизма.При этом, как пишет автор, «разница между краснобандитским террором и чисто партизанским невелика».
Красные бандиты действовали как агенты низовой власти, но обычно нелегально и пользуясь снисходительностью либо нерасторопностью вышестоящих структур. Объекты же краснобандитских преступлений были одинаковы что у партизан, что у местного начальства, нередко из экс-партизан и состоявшего. Бандитствующие силовики и партийно-советские вожди волостного и уездного уровня в своём терроре часто опирались на комячейки, которые, в свою очередь, напоминали маленькие партизанские ячейки, терроризировавшие вооружённой рукой собственные сёла».
Трудно не согласиться с авторским выводом, что краснопартизанское движение «оказало глубокое деструктивное воздействие на демографию, хозяйственно-политическую и общественную жизнь огромного восточного региона России. Растянувшаяся на годы полоса массовых убийств, насилия, грабежей, погромов, вандализма значительно способствовала моральному упадку, алкоголизации и криминализации больших масс населения». Таким было начало бандитской власти, этим она и закончила потом в 1990-х.
