Олег Кассини - русский законодатель американской моды

Автор: Елизавета Преображенская

Часть 2. Окончание

22 июня 1942 года Олег Кассини получил американское гражданство и отказался от графского титула. А вскоре Кассини отправился на фронт. Поначалу он служил в войсках береговой охраны, а затем – в кавалерии.

В 1943 году семью Кассини-Тирни постигло сокрушительное горе, от которого они так и не оправились. 15 октября 1943 года у пары родилась дочь Антуанетта-Дария, но девочка оказалась слепой, глухой и умственно-отсталой. Родные Тирни, всегда недолюбливавшие Кассини поначалу пытались обвинить его в дурных европейских генах, но спустя годы стало известно, что Кассини был совершенно ни при чем. Дело в том, что во время беременности Джин переболела краснухой и именно это вызвало столь необратимые осложнения. Впоследствии стало известно, как актриса заразилась этой болезнью.

«Через десять лет в Нью-Йорке я познакомился с привлекательной рыжеволосой женщиной и пригласил ее на свидание. В тот вечер она сказала мне: «Я была большой поклонницей вашей жены. Во время войны я служила в звании сержанта в морской пехоте; наша часть была расквартирована недалеко от Лос-Анджелеса. Когда я узнала, что Джин Тирни должна появиться в голливудской столовой, я просто не могла не пойти ее повидать, хотя в нашем лагере была эпидемия краснухи, и я должна была сидеть в карантине. И я пошла и пожала ей руку». Меня как обухом по голове ударили. Неужели эта женщина так вот походя разрушила нашу жизнь? Эта информация жгла меня изнутри, я не знал, что с ней делать.

Сначала я хотел позвонить Джин и все ей рассказать, но к тому времени ее состояние было слишком шатким, и я решил ее не тревожить. Невероятно, но еще через несколько лет я узнал, что к тому времени Джин тоже успела познакомиться с этой женщиной. Они повстречались на теннисном корте в Лос-Анджелесе, и Джин услышала от нее эту же историю. Реакция у нее была такой же, как у меня – состояние шока, но она не сказала той женщине, какую беду она навлекла своим необдуманным поступком. Зачем? Что это могло изменить? Но практически нулевые шансы на возможность двух таких терзающих душу случайных встреч наводили меня на мысль: уж не тяготело ли над нами страшное проклятие? Чем мы провинились, за что нам было суждено это наказание?»

Впоследствии эта грустная история вдохновила Агату Кристи на роман «И, треснув, зеркало звенит». И брак Кассини-Тирни треснул и начал рассыпаться. Его не спасло ни рождение еще одной дочери Кристины, родившейся абсолютно здоровой, ни обоюдное желание сторон сохранить брак. «Для нас не было никакого облегчения, никакого выхода – только бескрайний океан страданий без малейшей надежды на горизонте, »- вспоминал Кассини. Дарию показывали многим врачам, надеялись на чудо, но чуда не произошло, девочка, внешне абсолютно нормальная и очень похожая на мать, так никогда и не смогла жить нормальной жизнью. Развод Кассини и Тирни оформили в 1948 году, сохранив дружеские отношения. Пережитое горе заставило каждого из них углубиться в карьеру. Джин много снималась, а Олег постепенно становился известным дизайнером.

В 1950 году Кассини возвратился в Нью-Йорк и представил свою коллекцию из 65 нарядов. Успех был оглушительный. «В первой коллекции я собрал воедино все свои модные идеи – от модифицированного стиля милитари, который я впервые использовал для туалета Нади Берлингиери в Риме, эдакого перекрестного опыления мужских и женских деталей одежды, до приемов, которым меня научила работа в кино, вроде маленького белого воротничка, освежающего лицо. Некоторые платья, созданные в Голливуде, я переработал для своей коллекции, успешно применив полученный опыт, но все-таки основу концепции составили мои дизайнерские принципы. Элегантность и сексуальность были моей целью; я хотел создавать одежду, которая подчеркнула бы достоинства женщины и которую могли бы оценить мужчины. Я всегда считал, что тело важнее одежды: платье или костюм порождены движениями тела, а одежда – лишь его оболочка. Мне нравилась простота, в коллекции я много использовал силуэт платья-футляра, сшитого из лучших тканей». В 1950 году за счет продаж Кассини выручил $750 000, и цифра эта последовательно росла каждый год. К 1955 году прибыль составила уже $5 000 000 ($50 000 000 в сегодняшнем эквиваленте). Это было именно то, к чему Олег Кассини стремился с первого дня в США.

Примерно в это время завязался роман между Олегом Кассини и восходящей звездой Грей Келли. Дело дошло даже до помолвки, но как и в случае с Джин Тирни, родители невесты были категорически против жениха. На сей раз их, ревностных католиков, не устроило вероисповедание Кассини. Грейс не решалась идти наперекор родителям и в конце концов вышла замуж за князя Монако Ренье. Олег Кассини шутил, что она предпочла стать княгиней, а не графиней: «Но я искренне желал ей счастья, и сегодня считаю, что Грейс тогда сделала правильный выбор. Их брак, судя по всему, оказался удачным. Для княжества Монако, которое переживало тяжелые финансовые времена, пока Аристотель Онассис не взял на себя управление казино (в 1953 году), брак Ренье и Грейс стал настоящей находкой. Грейс придала Монако блеск, сделала его жемчужиной Ривьеры. А ей досталась великолепная роль хозяйки международного масштаба. До конца жизни она выступала в образе принцессы на каждом торжественном обеде и балу. Весь мир стал ее сценой. Успех был оглушительный. Грейс вошла в пантеон богов, и все ею восхищались».

Что касается Кассини, то и он был еще только на пороге пика своей карьеры. В 1960 году он стал официальным модельером Жаклин Кеннеди. «Создавать одежду для первой леди США – это всегда большая честь, но я понимал, что новая первая леди будет кардинально отличаться от всех своих предшественниц. Мейми Эйзенхауэр, Бесс Трумэн и Элеонора Рузвельт были прекрасными женщинами, но никто не ждал от них влияния на мир моды. По их скромным деловым платьям можно предположить, что они даже не догадывались о существовании этого мира. Идеи высокой моды были для них чуждыми и легкомысленными. Жаклин Кеннеди – это совершенно иной случай. Ее семья принадлежала к элите общества. Она была молода и красива. Ей было присуще утонченное чувство стиля во всем – в еде, интерьерах, искусстве. В области одежды она придерживалась расхожего убеждения: мода – это Париж. Конечно, тогда никто еще не подозревал, и меньше всех она сама, сколь велико окажется влияние миссис Кеннеди на моду. Трудно было представить, что жена американского президента, почти полностью одетая американским дизайнером, станет иконой стиля, которой в мире будут больше всего подражать. Раньше такого не случалось, да и с тех пор тоже не случалось».

Олег Кассини понимал, что перед ним стоит очень важная задача: «Она обладала таким изысканным вкусом и рафинированным чувством стиля, что я должен был превзойти самого себя – не больше и не меньше. Передо мной стояла сложная задача, но с предвкушением работы росло и мое чувство уверенности в себе. Собирая воедино все, что я знал о ее стиле и модных предпочтениях, я стал делать первые наброски будущего гардероба на пути из Нассау в Нью-Йорк в начале декабря 1960 года. Я вспоминал о проведенном вместе времени в Палм-Бич и воссоздавал в памяти ее образ. Во многом он ассоциировался у меня с Египтом. Тут сыграли роль и ее загадочная, как у сфинкса, натура, и широко поставленные глаза. Думая о Джеки, я воображал фигуру, похожую на древний иероглиф: голова в профиль, широкие плечи, тонкий торс, узкие бедра, длинная шея и прямая осанка. Никогда нельзя недооценивать важность разворота плеч; он, вместе с длинной талией, помогает одежде хорошо сидеть на фигуре. У Джеки все это было. Дальше дело пошло проще. Я представил ее древней египетской принцессой, одетой в архитектурную по форме одежду лаконичного кроя, силуэтом напоминающую букву А.

Я так и назвал этот силуэт: «А-линия». Это будет чистой воды минимализм: одежда простого кроя, исполненная из самых роскошных тканей. Мой дизайн должен подойти не только женщине с определенным, сформировавшимся вкусом, но и публичной фигуре, чья жизнь будет определяться рамками жесткого протокола… Джеки всегда точно знала, чего хочет, ее вкус был безупречен. Перефразируя Оскара Уайльда, вкусы ее были просты – ей нравилось только самое лучшее».

Среди созданных Олегом Кассини для Жаклин образов были о знаменитое пальто со шляпкой-таблеткой, лаконичное белое платье для фотосессии Ричарда Аведона, наряды для официальных визитов в Пакистан, Великобританию, Францию, Италию. Жаклин ценила и уважала Кассини, она прекрасно знала, что на него можно положиться в вопросах стиля. Интересно, что элегантный образ Жаклин для встречи с советской «леди» Ниной Хрущевой тоже был создан Кассини. Джеки была бесконечно элегантна, что касается Нины Хрущевой, то в своем платье и с нечёсаными волосами она выглядела словно бабушка, которая жарила котлеты на кухне и вышла оттуда, едва успев снять передник.

Всего три года Кассини создавал наряды и образы для Первой леди, но это сделало его одной из самых популярных фигур в мире моды. Women’s Wear Daily писал: Эра Кеннеди в Вашингтоне была эрой элегантности, шика и хорошего вкуса, оказавших влияние на всех американцев и, возможно, на весь мир. Элегантность и вкус неизменно сопутствовали любому моменту жизни семьи президента, и Америка наблюдала, училась и старалась подражать. Несомненно, миссис Жаклин Кеннеди сделала для развития хорошего вкуса больше, чем любая другая женщина в истории нашей страны. И точно так же не вызывает сомнения, что вся модная индустрия получила укрепляющую инъекцию благодаря репортажам, в чем и где появлялась миссис Кеннеди. В ее гардеробе было немало туалетов, достойных войти в анналы моды и представляющих исторический интерес. Ее официальный гардероб создавал Олег Кассини. Она носила его наряды во время государственного визита в Индию и Пакистан, блистала в его платьях на встречах с премьер-министром Хрущевым в Вене и с королевой Елизаветой в Букингемском дворце. Среди них и длинное черное платье, в котором она появилась в Ватикане, и голубое кружевное платье для визита в Версаль, которое так понравилось генералу де Голлю, и платье, надетое во время посещения Белого дома шахом Ирана и другими мировыми лидерами. Существуют оригинальные эскизы этих туалетов и переписка бывшей первой леди с мистером Олегом Кассини относительно ее гардероба… Хотелось бы предложить, чтобы рисунки моделей, переписка и исторически значимые платья были размещены либо в музее Кеннеди в Бостоне, либо в Институте костюма при музее Метрополитен, либо в Смитсоновском институте в Вашингтоне».

После убийства Президента Кеннеди Кассине вернулся к созданию коллекций prêt-à-porter, дополнив их коллекцией свадебных платьев и мужских рубашек. Последние стали данью памяти отца: «Отец был настоящим денди и практически жил в парижском бутике Шарве, где покупал галстуки и рубашки. Обувь он заказывал у Лёб, костюмы у Брандони из Милана. У него было несколько сотен рубашек, все из шелка разных цветов. В 1960-е я произвел революцию в мужской моде, выпустив коллекцию цветных мужских рубашек; источником вдохновения стали для меня воспоминания о гардеробе отца».