Автор: Виталий Даренский
Духовное и интеллектуальное одичание, которое в России продолжается с 1917 г., является одним из самых тяжких наследий СССР. Это не только невежество и историческое беспамятство, из-за которого народ верит в самые лживые советские мифы, но и просто неспособность к научному мышлению как таковому, особенно в гуманитарной сфере. Из-за этого на массовом уровне распространено такое примитивное объяснение истории, которое находится почти на уровне имбецильности. Поэтому в наше время крайне полезнообращаться к наследию великих русских ученых. В частности, для научного понимания причин русской катастрофы 1917 г., которая привела к уничтожению лучшей части народа, а затем вымиранию оставшихся, особо ценен П.А. Сорокин(1889–1968), признанный во всем мире классик социологии ХХ века.
В детстве он был почти бродягой, и вместе с отцом перебивался случайными заработками. Но потом-таки закончил университет и стал основателем двух великих школ в социологии – сначала русской, а затем американской. Такое было возможно в царской России, где многиеталантливые дети имели возможность бесплатно учиться, – но уже было бы невозможно при Сталине, когда старшие классы школы стали платными.
В 1922 г. в Праге вышла книга П. Сорокина «Современное состояние России». В ней автор констатировал: «Не будь войны и революции, Россия теперь была бы неузнаваема. Начиная с 90-х годов XIX века, мы развивались во всех отношениях и в материальном, и в духовном – с такой быстротой, что наш темп развития опережал даже темп эволюции Германии. Росло экономическое благосостояние населения, сельское хозяйство, промышленность и торговля. Финансы государства находились в блестящем состоянии, росла автономия, права и самодеятельность народа…Исчезала безграмотность, народное просвещение поднималось быстро, процветала наука, полной жизнью развивалось искусство, творчество духовных ценностей было громадным и глубоким по интенсивности. Не будь войны и революции, Россия 1922 года была бы процветающим духовно и материально государством. Но пришли эти явления, и блестящее развитие было прервано. Не только остановлено, но отброшено назад на 1–2 столетия. Россия сегодняшнего дня и Россия 1922 г. без войны и революции… какой контраст! Целая пропасть между ними! Целые века! Понадобятся десятилетия, чтобы залечить раны, стать Россией 1922 г. без войны и революции».
К такому же выводу приходили и другие серьезные ученые еще до 1917 г. Так, Эдмон Тери, французский экономист и политический обозреватель, редактор журнала «Экономист Европы»: «Если дела европейских наций будут с 1912 по 1950 года идти также, как они шли с 1900 по 1912, Россия к середине текущего столетия будет господствовать над Европой как в политическом, так и в экономическом и финансовом отношении». Очевидно, что «революция» была организована врагами России именно для того, чтобы это не сбылось.
П. Сорокин строго научными методами констатировал, что революция стала Россией катастрофой, которая отбросила её далеко назад. Но это еще не самое страшное – потом можно и наверстать упущенное, но… Но намного хуже и страшнее то, что наверстать уже не удастся из-за того антинародного террористического безбожного режима, который захватил Россию с помощью «революции», организованной Западом для её уничтожения.
Это уничтожение началось сразу же. Без «революции» и большевиков Берлин русские войска взяли бы в 1918 г. в составе победившей Антанты, а не в 1945-м. ВОВ вообще бы не было. Это одно из главных преступлений большевизма против России. Большевики – в миллион раз хуже власовцев. «Миллион» в данном случае – это вовсе не метафора, а самое буквальное сравнение. В 1923 г. в книге «Социология революции» П. Сорокин подсчитал: «Русское государство вступило в войну с численностью подданных в 176 млн. В 1920 г. РСФСР вместе со всеми союзными советскими республиками, включая Азербайджан, Грузию, Армению и т. д., имела лишь 129 млн населения. За шесть лет Русское государство потеряло 47 млн подданных». Из них более 20 миллионов погибли от эпидемий и голода во время Гражданской войны, и более 2 миллионов бежали за границу от большевистского рабства.
Объективный итог «революции» следующий: «Общее катастрофическое обеднение. Израсходование и проедание всего того, что было создано предыдущими поколениями. Грандиозный голод. Три миллиона умерших от голодной смерти. Людоедство и бифштексы из человеческого мяса. Разрушение всего народного хозяйства». Все это П. Сорокин показывает на цифрах и документальных фактах. Что в результате? «Полный безграничный диктаторский деспотизм власти… Создание “государственно-рабского” общества, разрушившего страну, отказ от него, обратное возвращение к частной собственности, небывалый разлив частнособственнических импульсов и возврат к самым хищным и примитивным формам капитализма».
Этот «возврат к самым хищным и примитивным формам капитализма» П. Сорокин наблюдал на примере НЭПа, без которого большевики не могли бы вообще восстановить экономику после того разгрома, который они устроили в России по заказу своих западных хозяев. Уже сам по себе этот факт показывает, что «государственно-рабский» тип экономики, который они создавали, сам по себе нежизнеспособен и может существовать только временно – и только за счет всеобщейнищеты и варварского насилия над человеческими ресурсами России. Этих ресурсов хватило на целых 70 лет – и это показывает вовсе не жизнеспособность «социализма», а как раз наоборот – его дегенеративность, если он смог угробить народ за такой короткий срок.
Кстати сказать, я уже 20 лет назад ввел в научный оборот понятие «государственно-рабовладельческий строй» для обозначения сути экономики Сталина. Но на оригинальность не претендую, поскольку это лишь уточнение термина, которым пользовался П. Сорокин – он приведен в цитате выше. В фактическом рабстве у государства находились и сталинские колхозники, и миллионы заключенных в лагерях – важнейший ресурс этой людоедской экономики, без которого она вообще не могла бы существовать. Такого количества рабов (колхозники составляли более половины всего населения) не было даже в Древнем Риме. Если когда-то и существовал «рабовладельческий строй» – то, в первую очередь, в сталинском СССР.
Этот «возврат к самым хищным и примитивным формам капитализма» был совершенно неизбежен и после краха СССР – как был совершенно неизбежен и сам этот крах страны, построенной по модели концлагеря.
В книге «Социология революции» П. Сорокин рассмотрел итоги всех крупнейших революций в мировой истории и сделал однозначный вывод: «Ни одна революция объема свободы не увеличивала, а увеличивала объем зверств, пыток и убийств». Здесь он также сформулировал основной закон всех революций – это «закон социального иллюзионизма», в соответствии с которым результат любой революции в реальности всегда оказывается прямо противоположным её лозунгам. Но как же все-таки удается обмануть людей до такой степени, что они впадают в этот «социальный иллюзионизм»?
Главную причину этого явления – то есть главную социальную причину революций – П. Сорокин определяет, как ответ людей на «ущемление» их «инстинктов». Наивный человек сразу же задаст вопрос: какое же может быть «ущемление инстинктов», если накануне всех революций, как показывает статистика, наоборот, происходил огромный рост благосостояния основной массы народа? Однако ученый тем и отличается от наивного обывателя, что находит в этом строгую закономерность. Как пишет П. Сорокин, ущемление «усиливается не только тогда, когда трудности удовлетворения того или иного инстинкта растут, но и тогда, когда не возрастая или даже уменьшаясь, они уменьшаются не так быстро, как у других лиц и групп». Более того, как показывает история, в трудные времена люди консолидируются и меньше всего склонны к революциям. Такая склонность всегда появляется во времена сытые и спокойные. Дело в том, что чувство «ущемленности» – это не что иное, как чувство зависти к тем, кто лучше работает и более талантлив.
Поэтому революционеры – это всегда лентяи и бездари, завидующие другим. Так, все главари большевиков никогда в жизни нигде не работали, а жили на деньги иностранных спецслужб, которые они получали обычно не напрямую, а через анонимных «благодетелей» (аналог современных НКО). То есть они были «спящими агентами» – профессиональными предателями Родины, которых потом использовали, когда пришло время – их быстро привезли на кораблях и пломбированных вагонах, с огромными деньгами и помощниками.
В 1924 г., когда издох один из главных убийц и преступников мировой истории с уголовной кличкой «Ленин», П. Сорокин опубликовал статью «Ленин – разрушитель», в которой подвел итог: «Единственная заслуга Ленина состоит лишь в том, что он сам, больше чем кто-либо другой, дискредитировал собственные идеи коммунизма и социализма». Поэтому теперь, делал вывод П. Сорокин, верить революционной пропаганде могут «только невежественные и наивные люди, с одной стороны, и лица ненормального, антисоциального и недоразвитого типа». Однако, к сожалению, сама революция начинает «штамповать» потом таких людей «шариковского» типа, как на конвейере: «революция дезорганизует и примитивизирует нервную систему и умственный аппарат членов общества». И вот теперь мы имеем дело именно с таким «умственным аппаратом».
