Автор: Елизавета Преображенская
Если внимательно посмотреть на самые знаменитые снимки Великих княжон, то возникает вопрос, почему у одной из девушек волосы коротко подстрижены и прическа более напоминает современную, чем характерную для тех лет? Ответ прост: в феврале 1913 года Великая княжна Татьяна Николаевна заболела тифом и после перенесенного заболевания ее роскошные волосы сбрили.
Заразилась Великая княжна, вероятно, во время одного из многолюдных официальный мероприятий по случаю 300-летия Дома Романовых, начавшихся той зимой и длившихся на протяжении года. «Утром гуляла с Папа. После был baise-main для дам. Завтракали с Папа и Бабушкой. Днем гуляла с Папа. Чай со всеми Ай-Тодорскими. Навестила Трину. Ужинала с Ольгой и Папа. Анастасия и я купались в большой ванной Папа. У Татьяны тиф», — записала в дневнике Великая княжна Мария Николаевна. Болезнь для Царской семьи была не нова: тифом в 1901 году очень тяжело переболел сам Император Николай II, а год спустя с той же болезнью слегла маленькая Великая княжна Ольга Николаевна. Пока болела Великая княжна Татьяна Николаевна, ее опекала няня Александра (Шура) Теглева, а родители по очереди приходили дежурить у ее кровати и читать ей вслух.
Н. В. Саблин вспоминал: «В феврале были празднества и принесения поздравлений в Петербурге. Их величества переехали в Зимний дворец, но, к несчастью, великая княжна Татьяна Николаевна заболела брюшным тифом и в то время, как другие княжны принимали участие в тех или иных празднествах, бедная Татьяна Николаевна лежала больной. Ее нянюшка, А. А. Теглева, передала по телефону штандартскому офицеру, лейтенанту Родионову, что княжна очень хотела бы, чтобы кто-либо из офицеров яхты проехал мимо дворца, чтобы она могла увидеть и поздороваться. Родионов тотчас же прибежал ко мне и мы поехали с ним на моем «Адлере» на набережную и, действительно, увидели в окне бедную больную Татьяну Николаевну, закутанную в одеяла, которая нам радостно и сердечно кланялась».
Еще в марте Татьяна Николаевна жаловалась, что не может писать, так как врачи ей это запретили, но уже в апреле организм практически восстановился и девушка быстро пошла на поправку. Огорчало ее только одно последствие болезни: ей сбрили ее прекрасные каштановые волосы. И здесь чувства Татьяны понятны абсолютно любой девушке. Она очень стеснялась своего нового вида, потому из ее собственных срезанных волос для нее сделали парик. Его Великая княжна надевала на публике и перед свитой. Иногда это приводило к неловким ситуациям. Однажды во время игры в теннис парик упас с головы Великой княжны и она, сгорая от стыда, убежала. В декабре 1913 года Императрица Александра Федоровна писала брату Эрни и его супруге Элеоноре, что волосы Великой княжны Татьяны достаточно отросли и ей больше не нужно носить парик.
В следующий раз Татьяне точно так же коротко срежут волосы в 1917 году, после перенесенной во время революции кори. Но на этот раз переболели все Царские дети, и обрили всех пятерых. Об этом
Великая княжна Татьяна Николаевна писала подруге Маргарите Хитрово из тобольской ссылки: «Волосы у нас большие — такие, как у меня на фотографии после тифа, с лентой на голове, помните? Они гораздо скорее растут, чем тогда, я думаю, во-первых, потому что мы их брили два раза и потом совсем не носили париков, гораздо приятнее было теперь. Тогда было стыдно, потому что была одна, а тут 4 вместе».
