Автор: Александр Гончаров

4 июня 2021 года исполняется 200 лет со дня рождения замечательного русского поэта, драматурга, публициста и переводчика Аполлона Николаевича Майкова (1821-1897). Но эта славная дата вряд ли будет широко отмечаться в современной России. И с этим, увы, нечего нечего поделать. Майков, пользовавшийся заслуженной популярностью в XIX веке, и которого некогда ставили в один ряд с М. Ю. Лермонтовым, ныне мало известен публике. Чаще всего до читателя доходят его стихи посвященные родной природе. А между тем он был серьезным мыслителем, живо откликавшимся на проблемы, волновавшие людей со времен Адама и Евы.​

Родители Майкова были чрезвычайно талантливы. Отец – Николай Аполлонович был художником, а мать – Елена Петровна – писательницей и поэтессой. Похоже, что страсть к искусствам и литературе в этой семье передавалась из поколения в поколение.

Надо отметить, что дворянский род Майковых известен, по крайней мере, с XV века. Преподобный Нил Сорский – великий русский святой являлся братом родоначальнику всех Майковых – Андрею Майко.

В ранние годы Аполлон Майков увлекался музыкой, живописью и стихотворным творчеством. В конце концов он нашел свое призвание, именно, в поэзии.​

При этом, профессию поэт избрал чисто прозаическую и поступил учиться на юридический факультет Императорского Московского университета.​

Первый же стихотворный сборник Майкова был отмечен и литературной критикой, и читателями. Император Николай Павлович тоже оценил молодого поэта, выделив ему тысячу рублей для совершения поездки в Италию. Майков увлекался культурой и историей Античности, а поэтому путешествие в Вечный город (Рим) казалось ему редкой удачей, как и многим иным поклонникам древнего греко-римского мира которым посчастливилось воочию прикоснуться к своей мечте.

До тех пор пока Майков не выходил за традиционные рамки привычной лирики, либеральная критика относилась к нему весьма положительно. К тому же молодой поэт интересовался еще и деятельностью кружка «петрашевцев» (как и Ф. М. Достоевский). Но стоило ему только отойти от революционно-либеральной толкучки и проявить свою гражданскую позицию в стихах, как отношение изменилось радикальным образом.

К тому же А. Н. Майков находит работу в Санкт-Петербургском комитете иностранной цензуры, а ранее сближается со славянофилами и государственниками, отрекаясь от идей революционеров и «свободомыслов». Впрочем, сам Майков в одном из писем писал, что «…выросли мы бессознательно на христианской и русской почве, и в действиях своих были, конечно, христианами и русскими, но свои отношения к миру приравнивали то по тому, то по другому философскому учению» (Из письма А. Н. Майкова – П. А. Висковатову).​

Искренняя христианская вера не позволила Майкову скатиться до степени разрушителя своего Отечества.

Рубежом, отделившим русского патриота Майкова от либерального течения, стала Крымская война. «Прогрессивну общественность» взбесило стихотворение «Коляска», посвященное Николаю I:​

Когда по улице, в откинутой коляске,

Перед беспечною толпою едет он,

В походный плащ одет, в солдатской медной каске,

Спокойно-грустен, строг и в думу погружен, –

В нем виден каждый миг державный повелитель,

И вождь, и судия, России промыслитель

И первый труженик народа своего.

С благоговением гляжу я на него,

И грустно думать мне, что мрачное величье

В его есть жребии: ни чувств, ни дум его

Не пощадил наш век, клевет и злоязычья!

И рвется вся душа во мне ему сказать

Пред сонмищем его хулителей смущенным:

«Великий человек! Прости слепорожденным!

Тебя потомство лишь сумеет разгадать,

Когда история пред миром изумленным

Плод слезных дум твоих о Руси обнажит

И, сдернув с истины завесу лжи печальной,

В ряду земных царей твой образ колоссальный

На поклонение народам водрузит».

Выход Российской Империи из войны после смерти, столь уважаемого Майковым Императора, подвигло поэта в 1856 году на следующие строки:​

Окончена война. Подписан подлый мир.

Отцы отечества! устраивайте пир,

Бокалы с торжеством высоко поднимайте!

И лживый манифест с потоком слез читайте!

Чего еще вам ждать – написано красно!

Не в первый раз бумажным крючкотворством

Пришлося вам прикрыть отечества пятно,

Подьячие в звездах, с умом и сердцем черствы.

 

Кстати, «Коляска» при жизни Аполлона Николаевича так и не была опубликована, как и эпиграмма – ответ либералам:​

Вы «свобода» нам кричите,

Я одной себе ищу –

Думать так, как я хочу,

А не так, как вы хотите!​ ​

​Ратующие против цезуры и «просвещенный либерализм» по своему обычаю совершенно не терпели возражений себе.

В более поздние годы Майков спровоцировал либеральную общественность в нападках на себя и отношением к литературной критике, которую он почитал захваченной антинациональным элементом. А если бы его письма распространились по стране, то противостояние только бы усилилось. Сейчас бы Аполлона Майкова точно обвинили бы еще и в антисемитизме (несмотря на то, что его перу принадлежат красивейшие «Еврейские песни»). Майков писал: «Нынче жиды, а за ними и кретины из русских и немцев сдуру писателей проверяют по отношению их к либеральным течениям их времени…​

Со стороны жида это понятно. Хуже, чем ладан чорту, жидам русский дух – у нас и вообще национальность какая-нибудь, немецкая, русская. Национальное чувство в народах – им смерть. Либеральные идеи – космополитизм, ослабление государственных связей, всяческие свободы – их торжество, равноправность, широкое поприще всякому Geschäftemacher’ству (Из письма А. Н. Майкова – П. А. Висковатову).

Майков очень любил и ценил Достоевского и являлся, как бы мы сказали в XXI столетии, его кумом. Либералы и травили их в печати почти одинаково. «Бесы» Достоевского разбудили политико-литературных бесов. Майков знал об этом и недоумевал от человеческой непорядочности: «…вас поджидает Федор Михайлович Достоевский, на которого теперь залаяла вся свора прогресса. Господи, как ругаются! Но ругательства бы еще ничего: как клевещут! Этого я не понимаю. А полемике публика верит. Отсутствие серьезного отношения к жизни ужасно…»

Когда террорист Каракозов совершил покушение на Царя Александра II в 1866 году, Майков откликнулся стихотворением:​ ​

Кто ж тот? Откуда он? Из шайки ли злодейской,

Что революцией зовется европейской,

Что чтит свободою – одну свободу смут,

И как проклятие, как страшный Божий суд,

Стоит страшилищем бессменным

За старые грехи над Западом надменным?..

Кто ж он? Из русских ли несчастных беглецов,

Что, позабыв родные все преданья,

Из-за моря, в земле своих отцов

Играть затеяли в восстанья

И злятся, что земля идет своим путем,

​ ​ ​ Не так, как бы они хотели,

А одномышленно, к своей великой цели,

​ ​ ​ И во главе с своим Царем?

О, нет, несчастный, нет, не русской он стихии!

​ ​ ​ Кто б ни был он, – он нам чужой!

И нет ему корней ни в нынешней живой,

​ ​ ​ Ни в исторической России!..

 

Поэт Аполлон Николаевич Майков, теперь мы ведаем об этом, был отлучен от массового читателя за свои монархические и христианские взгляды. Он, конечно, отдавал себе отчет, что может подвергнуться остракизму. Но отступать и не думал:​

Мы выросли в суровой школе,

В преданьях рыцарских веков,

И зрели разумом и волей

Среди лишений и трудов.

Поэт той школы и закала,

Во всеоружии всегда,

В сей век Астарты и Ваала

Порой смешон, быть может… Да!

Его коня равняют с клячей,

И с Дон-Кихотом самого, –

Но он в святой своей задаче

Уж не уступит ничего!

И пусть для всех погаснет небо,

И в тьме приволье все найдут,

И ради похоти и хлеба

На всё святое посягнут, –

Один он – с поднятым забралом –

На площади – пред всей толпой –

Швырнет Астартам и Ваалам

Перчатку с вызовом на бой.

 

В СССР Аполлона Майкова поспешили забыть (большевикам была непримлема его здравая русская мысль), издавая разве что стихи для детей. И людей лишили возможности ознакомиться с лучшими дарами поэзии России. Но ныне есть возможность открыть Майкова для себя, особенно тем молодым русским людям, которые верят в Россию и ждут ее духовного подъема. Нам нужен Майков в век смут и шатаний:​

Не говори, что нет спасенья,

Что ты в печалях изнемог:

Чем ночь темней, тем ярче звёзды,

Чем глубже скорбь, тем ближе Бог…

Поделиться ссылкой: