Автор: Михаил Таратута, журналист-международник

Часть.2

От либеральной мечты о расовом мире к расовым беспорядкам.

Часть.1 – https://rusnasledie.info/amerikanskie-absurdy/

Нет, не все готовы выходить на улицы с контрпротестами. Немало людей предпочитают просто покинуть большие мегаполисы, где мэры-демократы отдали свои города на откуп протестующим, а также грабителям и погромщикам. Где власти, идя на поводу радикалов, сокращают финансирование полиции, сокращают ее численность и не позволяют применять силу для подавления беспорядков. Неудивительно, что именно там происходят грабежи магазинов и поджоги зданий, именно там – в Нью-Йорке, Чикаго, Сиэтле, Портленде и других городах – взрывообразно растет преступность. Но деморализованная полиция не может, да и не спешит наводить порядок. В обстановке политической ангажированности властей города сегодня полицейские не уверены, что, защищая себя выстрелом от преступника, они найдут справедливое разбирательство обстоятельств, а не попадут за решетку. А мэры и губернаторы, присягнувшие демократам, застыли в нерешительности, вроде бы и надо действовать, но как действовать, когда около четверти их избирателей – афроамериканцы, которые протестуют против полицейской жестокости. Но есть и те, кто готовы действовать, готовы дать отпор распоясавшимся активистам BLM. В Портленд, крупнейший город штата Орегон, например, в августе прибыл караван из 600 автомобилей с американцами, твердо намеренными показать, что не отдадут страну в руки леваков, анархистов и мародеров. Как и следовало ожидать, их демарш закончился столкновениями с оккупировавшими центр города членами BLM. Один человек убит. В других городах местные жители организуют отряды самообороны для защиты своих домов и бизнеса. На начало сентября беспорядками были охвачены 30 городов, в 25 из них введен комендантский час. Так либеральные идеи “за все хорошее против всего плохого” превращаются в массовые беспорядки, когда в игру вступают левые силы.

Мы новый мир построим. Со стороны может показаться, что Америку охватило безумие. Вспышки насилия, столь же беспорядочные и бессмысленные, как удары пандемии, грабежи и поджоги, бредовые призывы толпы распустить полицию, война с памятниками, состояние хаоса и неопределенности под бесконечные крики «Расизм! Расизм! Расизм!» – все это оставляет тяжелое чувство нелепого стечения обстоятельств, случайной деградации жизни. Но это впечатление обманчиво. В том, что происходит сегодня, есть своя логика, своя система, для чего идеологическое обоснование, а главное – подготовка кадров готовились задолго до нынешних событий. После мертвящего шока маккартизма движение за гражданские права в 1960-х годах оживило весь политический ландшафт Америки, включая левую мысль, нашедшую приют под крышами американских университетов. И, как мы видим сегодня, именно университеты (многие из них) стали сначала инкубаторами, а затем высокопроизводительными питомниками, где левая профессура воспитала поколение, может, и не одно поколений людей, чьи взгляды даже по либеральной шкале отошли далеко влево от центра, вплотную приблизившись к марксистской мысли об изначальной порочности и неисправимости капитализма. И, следовательно, необходимости борьбы с ним. Сегодня эти люди, известные как «прогрессисты», осели практически во всех сферах жизни. И вот тут прогрессисты увидели окно возможностей для реализации своих идей, все вроде бы складывалось для решительных действий:

– страна напряжена и переживает глубочайший раскол, сравнимый разве что с периодом борьбы за гражданские права шесть десятилетий назад. Оппозиция Трампу в обществе сильна и готова на многое, только чтобы не допустить его переизбрания;

– в Америке выросло не одно поколение, глубоко индоктринированное левыми идеями, в том числе и самыми радикальными. Иные из них занимают командные высоты в политике, СМИ, шоу-бизнесе, университетской среде, индустрии высоких технологий;

– армия негритянского люмпена, распаленная левой пропагандой, жаждущая выхода энергии после месяцев карантина, находится в состоянии кипения. Один толчок – и они готовы выйти на улицы, громить, грабить, поджигать – всё, что угодно. Всё, на что им укажут пальцем ;

– с леваками вынуждено считаться руководство Демократической партии, частью которой являются прогрессисты. В преддверии выборов левонастроенная публика – это дополнительные голоса за демократов. А там, где партаппарат, там политики в Конгрессе и законодательных собраниях штатов, там же армия экспертов в аналитических центрах и, конечно же, почти вся большая пресса. Все они страстно подхватили левые идеи вины белой расы, покаяния, борьбы с «привилегиями белых», низложения полиции и прочее, что, понятно, транслировалось под знаменами борьбы за равноправие, борьбы против «системного расизма»;

– и, наконец, и это очень серьезно, есть движение BLM – «Жизнь черных имеет значение», которое, как оказалось, являет собой оптимальный инструмент для реализации левых идей в Америке. Вот с такими активами левые либералы, прогрессисты подошли к событиям этого лета. Они были вооружены теорией, пониманием цели, добились влияния в образованной среде, особенно среди белой молодежи, но не имели своей организации, чтобы поднять массы навстречу своей мечте. А движение BLM, напротив, в своих интеллектуальных кладовых имело лишь обиды, жалость к себе, ненависть к белым, кричалки о полицейской жестокости и расизме, а также желание, чтобы все было по-другому. Свое видение будущего мира одна из основателей движения BLM в Торонто Юсра Хогали выразила таким образом: «Белая кожа – это ненормальность, свойственная недочеловеку. Все фенотипы существуют в семье черных народов, а белые люди – генетический дефект черноты… Черные просто через свои доминирующие гены могли бы буквально смести с лица земли белую расу, будь у нас такая возможность». По счастью, у BLM пока такой возможности нет, зато есть организация, способная вывести людей на улицы. Сочувствующие белые либералы, и прежде всего прогрессисты, спонтанно присоединялись к демонстрациям черных. Во многом их видение мира и устремления совпадали. Вот совсем недавно нью-йоркский лидер BLM Хок Нюсам выразил их таким образом: «Если эта страна не даст нам того, чего мы хотим, мы сожжем эту систему и заменим ее… Возможно, я говорю фигурально, а возможно, буквально. Это вопрос интерпретации». Прогрессисты понимают его буквально, полагая, что очень удачно могут использовать союзника. Лозунги BLM – «борьба с расизмом», «за расовую справедливость» – вызывают горячий отклик у либеральной публики и могут служить отличным прикрытием для более глубоких преобразований.

 

Забавно, что и активисты BLM полагают, что с пользой могут использовать белых леваков. Иногда их откровения прорываются наружу. Недавно, например, активистка Эшли Шэкелфорд заявила, что «белые люди в их движении – в лучшем случае граждане второго сорта. По-хорошему они нужны только как живые щиты, как «торпеды» и денежные мешки». «Торпеды» так «торпеды» – левым анархистам из движения «Антифа» было нужно прикрытие BLM и плевать, что о них там думают. Без всякой внятной идеологии эти молодцы тоже настроены против государства и с большой охотой принимают участие во всех проходящих безобразиях. А безобразия не утихают. Как не утихает оккупация прогрессистами общественного сознания идеями борьбы за расовую справедливость, а точнее сказать, борьбы против всякого отклонения от левой ортодоксии. А это уже все больше напоминает эмоциональный террор. Стоит ли говорить, что без мощной поддержки всех этих трендов демократами страна не вошла бы в состояние полномерной истерии борьбы с «системным расизмом» и «привилегией белых людей», поиска расистов, запретов на инакомыслие и пр. Но все эти знамена едва прикрывают главную цель демократов – не дать Трампу захватить Белый дом еще на четыре года. Такое впечатление, что ради уничтожения Трампа демократы готовы бросить под колеса всю страну. Но в своей борьбе с президентом они серьезно заигрались, не заметив, что события выходят из-под контроля, что уже никто не контролирует бесчинства активистов BLM, а в стране разворачивается «культурная революция», последствия которой могут быть чудовищными.

Да, это «культурная революция», но пока еще только начало. Когда в начале нынешних беспорядков началась война с памятниками и мемориалами южанам, сражавшимся в Гражданской войне за отделение от Соединенных Штатов, мотивацию черных активистов и леволиберальной публики, пусть и спорную, все же можно было понять: в конце концов, южане были сторонниками рабства. Но когда протестующие добрались до Колумба, а затем и до памятников отцам-основателям – Дж.Вашингтону и Т.Джефферсону, другим выдающимся президентам – У.Гранту, А.Линкольну, Т.Рузвельту, а потом и до традиционного изображения Христа с белым ликом, тут уже стоило задуматься. Удар был нанесен не просто по памяти о ярких исторических личностях. Вандалы подняли руку на сакральные фигуры этой страны, во многом определяющие американскую идентичность. Всем известным революциям непременно сопутствует разрушение наследия прошлого, памятники принимают на себя первый удар. Это необходимый символизм утверждения новой власти, новых идей и идеалов в ходе перенастройки сознания масс.

 

Американский публицист Эндрю Салливан видит в происходящем еще несколько характерных для революции черт. Во-первых, революционный момент требует публичных покаяний в беззаконии со стороны тех, кого обвиняют в угнетении. Этим особенно прославилась китайская «культурная революция». Это происходит сегодня в Америке ежедневно. Революции также поощряют граждан брать дела в свои руки, как это делали или сейчас делают отряды BLM в Сиэтле, Портленде, Кеноше, Нью-Йорке, других городах, как это делали рабоче-солдатские патрули у нас 100 лет назад, а спустя полвека хунвейбины в Китае. И повсюду это вело к беззаконию и росту насилия. Точно так же многие революции объединяет тяга к лингвистическому конструированию. Для разрушения существующего порядка революционеры создают новые формы языка. И в большевистской России и при Мао в Китае появились, например, слова, выявляющие противников революции. У нас это было слово «контра», в Америке наших дней примером может служить слово «расист» (racist). Теперь этот ярлык может быть приклеен к любому, кто не согласен с тем, что в Америке существует «структурный расизм» (structural racism), а это может означать что угодно – от несогласия упростить экзамены черным студентам до полицейского произвола и любых различий между положением черных и других этнических групп. Поэтому быть безразличным к цвету кожи – значит быть расистом. И как в свое время в большевистской России слово «коммунизм» приобрело сакральное звучание, также сегодня в Америке зазвучало слово «антирасизм», подразумевая, что, кто не антирасист, тот расист. При этом быть антирасистом означает принимать участие в движении либо поддерживать его материально. Иначе вы – расист. В наши дни руководство Демпартии, как и левые либералы, использует движение BLM как инструмент борьбы за власть. Демпартия не видит ничего вокруг, все ее усилия, все ресурсы сосредоточены на главном трофее – Дональде Трампе. Партийное руководство не думает о том, что, если с помощью бунтарей они приведут Байдена к власти, левые либералы в их же собственной партии, кратно усиленные улицей, в конце концов, перехватят у них власть и поведут страну с таким креном влево, что у умеренных либералов захватит дух. Они не видят, что, подогревая ситуацию, они повышают градус накала страстей, позволяя BLM и прогрессистам отвоевывать все большее пространство. В этом отвоеванном пространстве шаг за шагом уничтожается то, что делает Америку Америкой, уничтожается ее историческое прошлое, ее культура, уничтожается американская идентичность. Именно это и является целью левых радикалов в их грезах о построении нового мира. Но готова ли Америка выбрать этот путь?

 

Журнал «Международная жизнь» https://interaffairs.ru/news/show/27504

 

Поделиться ссылкой: